Олимпиада по новейшей истории для Нурсултана Назарбаева

Каково будущее российско-казахстанских отношений? Можно спросить и так: каково будущее Казахстана? Именно в такой форме задают себе этот вопрос многие эксперты. Получают ответ и… оставляют его при себе: Казахстан — «союзник». Который, правда, методично прощупывает красную линию, за которой начинается стан противника, но не переходит её. Или уже давно перешел?

Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев показал себя гениальным политиком, научившись легким движением ноги передвигать саму красную линию. За годы независимости русское население сократилось вдвое и продолжает сокращаться, как в долевом отношении, так и в абсолютных цифрах. А в тех областях, где, несмотря на хитрости с перекройкой административных границ, русское население еще составляет значительную часть или даже большинство, оно практически вытеснено из политической и общественной жизни, из органов управления и правопорядка. Понятно, чем это оборачивается при решении даже бытовых вопросов и конфликтов в условиях господства семейно-клановых отношений.

Прошедшую 9 ноября встречу президентов России и Казахстана на полях ХIV Форума межрегионального сотрудничества в Челябинске СМИ сопровождали заголовками, вроде: «Россия и Казахстан: выход на новый уровень экономического сотрудничества». Да, формат мероприятия (межрегиональный) ограничен, но конкретное перечисление обсуждавшихся тем оставляет тягостное впечатление. Так, президент Казахстана в своей речи предложил президенту РФ Владимиру Путину «создать единую электронную биржу труда», сформировать «общий рынок лекарственных средств и медицинских изделий», содействовать формированию научных консорциумов, например, в сфере энергетики. И это предложения для государств членов ЕАЭС — «Таможенного союза»!

Главное достижение: рост товарооборота в этом году. Действительно, после сильного падения объемов торговли в 2016 году, в этом наблюдается существенный рост. Но примерно та же динамика характерна для торговли с Китаем, хотя о союзнических отношениях Москвы и Пекина никто не говорит.

Не постеснялся президент Казахстана в речи на форуме, ставшем своего рода саммитом двух лидеров, предложить и «совместные олимпиады среди российских и казахстанских школьников по математике, химии, физике и биологии». То есть, если «2×2» и «H₂O» в наших школах пока общие, то о едином взгляде на историю, хотя бы всеобщую, или на географию мира, говорить уже не приходится.

Зато «Международная тюркская академия» со штаб-квартирой в Астане совместными усилиями турецких, азербайджанских, туркменских, казахских и киргизских историков (замечания из Узбекистана, Татарии, Башкирии, Чувашии и Якутии принимались с благодарностью) разработал единый учебник тюркской истории для 8 класса (с древнейших времен по XV век). Начата работа над второй частью (по XXI век). Содержание: ключевая роль тюркских племен и народов в истории Азии, Европы, Северной Африки и, кажется, немного Америки. Идеологическая, то есть не научная, направленность пособия даже не скрывается. Как заявил один из его авторов, цель «учебника» состоит в том, чтобы молодежь тюркских стран так же любила шаха Исмаила Сефеви, эмира Тамерлана и султана Сулеймана Великолепного, «как на Западе любят Наполеона, Бисмарка, Вашингтона».

Путин предложение по олимпиадам школьников комментировать не стал, а в самом общем виде высказался о необходимости шагов «по дальнейшему наращиванию российско-казахстанского взаимодействия по всем направлениям» и отправился во Вьетнам на саммит АТЭС. Наиболее характерная деталь: «новый уровень сотрудничества» зафиксирован всего лишь в юбилейном заявлении, посвященном 25-летию установления дипломатических отношений между РФ и РК (22 октября 1992 года).

Да, Казахстан участвует в совместных с Россией интеграционных процессах, но настолько непоследовательно и дозированно, что употребление слова «союзник» в кавычках кажется более уместным. В 2006 году американский сенатор Ричард Лугар в пылу защиты «жизненно важных интересов США» в регионе Каспийского моря заявил о возможности вступления Казахстана в НАТО в достаточно близкой перспективе (это к вопросу о «демократических стандартах» блока).

Тогда многие восприняли заявление Лугара почти как анекдот. Между тем, еще с 2003 года на территории Казахстана проводятся регулярные международные миротворческие учения «Степной орел» под руководством США, страны, чье «миротворчество» в обход резолюций Совбеза ООН и без приглашений правительств обернулось гибелью сотен тысяч людей только в последние 15 лет только на Ближнем Востоке. Последние учения завершились в июле этого года на полигоне «Или» под Алма-Атой. В них участвовали военные США, других стран НАТО и некоторых государств СНГ. Срок учений — три месяца — указывает на их характер, далеко выходящий за рамки стандартного слаживания действий миротворческих подразделений. Эти «учения» — полноценные учебные программы подготовки военнослужащих нашего «союзника» по натовским стандартам. В ожидании подходящих условий для разрыва с Россией?

С настойчивостью, достойной лучшего применения, Назарбаев из года в год выступает с инициативой разработки Всеобщей декларации безъядерного мира. Президенту Казахстана на разных уровнях объясняли, что для России ядерное оружие это самый надежный инструмент сдерживания агрессии вероятного противника. Но и в 2017 году «союзник» в очередной раз выступил с антироссийской по сути инициативой (совершенно случайно активность Нурсултана Абишевича возрастает накануне кампаний по выдвижению кандидатов на Нобелевскую премию мира). «Простота хуже воровства», но трудно поверить, что в нашем случае она не наиграна.

Еще одна инициатива казахского лидера, которую он впервые озвучил в 2014 году — призыв к лидерам Украины и России «лично встретиться, сесть за стол переговоров, найти компромисс, остановить всю эту вакханалию». Длинные отступления сбивают темп изложения, но здесь без этого не обойтись.

В августе 2016 года в ответ на обвинение депутата Верховной Рады Надежды Савченко в том, что в конце августа 2014-го, когда в Иловайском котле гибли солдаты, власти устраивали парады в Киеве, Петр Порошенко признал, что почти полгода Донбасс сопротивлялся собственными силами, что здесь шла гражданская война. То есть причина конфликта — карательная операция Киева против собственного народа. «У нас трагедия произошла не потому, что мы парад проводили, а потому, что агрессор вторгся на нашу землю … вооруженная агрессия РФ, которая была начата именно тогда», — забил осиновый кол в глотку украинской пропаганды глава Украины (бремя доказательства вторжения 24 августа ВС РФ оставляем автору высказывания).

Что бы ни говорил Игорь Стрелков, войну на Донбассе начал не он в Славянске 12 апреля 2014 года со своими 52 бойцами (где к нему за три месяца боев присоединились две тысячи бойцов, в большинстве — местные жители). «Ружье со стены» сразу после госпереворота в Киеве 22 февраля снял Ренат Ахметов. Предвидя попытки передела собственности олигархами новой власти, он, как и другие олигархи власти прежней, скажем так, «имел отношение» к созданию параллельных органов власти и вооруженных формирований (уже с 1 марта). О независимости Донбасса речь не шла, Ахметов только пытался усилить свои переговорные позиции. И будь у путчистов желание договариваться, Стрелкова сдали бы Киеву на блюдечке с голубой каемочкой еще на пути в Славянск. Либо быстро перекрыли бы ему кислород.

Но произошло то, что в прежние правила не укладывалось. «Новой власти» захотелось всего и сразу, причем показательно, чтобы другим неповадно было сопротивляться «революции достоинства». Как сказал в 1991 году другой демократ, грузинский, Джаба Иоселиани: «Демократия это вам не лобио кушать. Кто против демократии, лично застрелю!». Ситуация вовсе вышла из-под контроля.

Если в августе 2014 года Россия и вмешалась в войну, то именно для того, чтобы прекратить «всю эту вакханалию» и принудить киевские власти к переговорам с гражданами страны, которые не приняли государственный переворот. Международное право это нормы, которые члены ООН обязались соблюдать, а члены Совбеза ООН защищать. После «гуманитарных бомбардировок» Сербии в 1999 году, вмешательство во внутренние конфликты суверенных государств без одобрения Совбеза ООН стало новым международным правом (или оно просто перестало существовать), потому что право, по определению, это нормы, единые для всех.

Что из сказанного непонятно Назарбаеву или его советникам? Но «мудрый аксакал» предлагает «расшалившимся юнцам» сесть, попить чайку с рахат-лукумом и помириться. Фактически предлагает России признать себя инициатором конфликта в мирной и процветающей Украине. Эту «наивность» можно было бы простить кому угодно, но не лидеру, строящему у себя моноэтническое государство. По сути, повторяющему «украинский путь». Это вторая причина, по которой мы позволили себе длинное отступление об Украине.

Вся эта «международная активность» Назарбаева развивается на фоне стремительной радикализации населения страны, особенно малообеспеченных слоев. Для тех, кто следит за событиями в Сирии и Ираке, стало шоком количество выходцев из Казахстана, воюющих в рядах ИГ («Исламское государство», ИГИЛ, террористическая группировка, запрещена в РФ) и других террористических группировок. Но для тех, кто отслеживал и события в постсоветском Казахстане, удивительного здесь мало. С первых лет независимости отъезд русских сопровождался обратным потоком — так называемых «оралманов» («возвращающихся» казахов).

Согласно официальной версии, закрепленной в названии этих иммигрантов, речь идет о казахах, покинувших Казахстан в 1920-х — 30-х годах, в годы коллективизации и голода, главным образом откочевавших в Китай. Но эта версия противоречит цифрам, согласно которым большинство оралманов — выходцы из других бывших советских республик: Узбекистана, Туркменистана, Киргизии, а также из стран, где казахи осели задолго до революции. Причина подмены очевидна: цель «возвращения» — изменение демографической ситуации в стране в пользу «титульного (коренным его не назвать) этноса». Характерно, что переселенцы направлялись преимущественно в Северный Казахстан.

Только официально, по программе государственной поддержки («Нурлы кёш» — «Кочевка света») Казахстан принял 958 тысяч оралманов. По данным ООН, опубликованным в январе прошлого года, в стране проживало 3 млн. 546 тыс. мигрантов (по методике ООН — жителей, родившихся вне страны). Учтем, что из Казахстана в первую очередь выехали как раз те русские, славяне, русскоязычные, кто родился в России и на Украине и сохранил связи с малой родиной. А также то, что переселенцы на Целину 1950-х — 1960-х годов (1930-х — 1940-х годов рождения) к 2016 году в значительной мере убыли по естественным причинам. Таким образом, цифра в 2 миллиона оралманов никак не кажется завышенной. Ее подтверждает и динамика роста этнического казахского населения, превышающая естественный прирост плюс официальные данные по миграции.

Уже оралманы, прибывшие из бывших советских республик, как жители преимущественно сельских районов, отличались большей религиозностью, чем местные казахи. Еще более религиозны казахи, живущие в Китае, в подавляющем большинстве в Восточном Туркестане (Синьцзян-Уйгурском автономном районе). Сотни тысяч оралманов прибыли из Монголии, Таджикистана, Афганистана, Ирана, Турции, Саудовской Аравии, Пакистана.

Ситуацию усугубляло то, что на историческую родину двинулись не самые успешные и обеспеченные казахи. Также дала себя знать знакомая европейцам «проблема второго поколения» мигрантов, их детей, которым трудно конкурировать с местными, что порождает озлобленность и уход в радикализм. «Рассадником» экстремистской идеологии стали места лишения свободы. Как жаловался высокопоставленный сотрудник пенитенциарной системы Казахстана: «За полгода один ваххабит вербует полколонии, через год уже вся колония — ваххабиты». Кстати, эта проблема проявила себя и в российских СИЗО и ИТУ, но здесь ее удалось купировать.

Именно они, молодые оралманы, но не только, часто с семьями, отправились на Ближний Восток. Сотни уже вернулись в Казахстан. Пока разоблачены и осуждены всего несколько человек со сроками — 5−6 лет «продолжения университетов» или уже «педагогического стажа» и с хорошими видами на УДО. Другие отправились в Афганистан и тоже надеются вернуться на родину, когда придет время. Они же и завербованные ими составляют костяк террористических группировок, прославившихся атаками в самом Казахстане. Последняя крупная — в июне 2016 года в Актобе (Актюбинске). Жертвы: 7 военных и гражданских, а также 18 террористов.

Добавьте к этому широко открытые двери для религиозных и просто «культурно-образовательных» программ турецких, саудовских, катарских и других международных фондов, прочно обосновавшихся в Казахстане. Благодарной аудиторией они обеспечены сполна: имущественное расслоение растет и особенно остро ощутимо на фоне нефтегазовых доходов в относительно небольшой по населению стране.

Мальчик-казах, расстреливающий на камеру пленного сирийского солдата это цена строительства этнического государства и заигрывания с религиозными фондами «ближневосточных Соросов».

Угроза того, что в Казахстане в случае смены власти начнется создание параллельных органов власти и вооруженных формирований, на наш взгляд, выше, чем это было на Украине. Это третий украинский урок. И это будут казахские элиты или новые силы, рвущиеся к власти. Парадокс: русское население, в целом политически инертное, но лояльное существующему режиму, как меньшему злу, в любом случае «разбавляло», смягчало противоречия между политическими силами «титульного» населения. Можно даже сказать, что направляло их в мирное русло, т.к. поддерживало или готово было бы поддержать тех, кто демонстрирует умеренные цели. Но стараниями этого самого режима русское население — «подушка безопасности» властей — резко сократилось и продолжает сокращаться.

Недаром, еще несколько лет назад возможным катализатором будущего конфликта назывался Западный Казахстан, где почти не осталось русских (за пределами Уральска и нескольких городов Актюбинской области). В то же время западные области крайне недовольны долей нефтегазовых доходов, которые им остаются. Удивительно, но у властей хватило ума именно сюда, особенно в Актау (бывший Шевченко) и в соседний Жанаозен (Новый Узень) направить значительное число оралманов. Очевидно, для замещения россиян (особенно выходцев из республик Северного Кавказа: Дагестана и других), трудившихся в нефтяной промышленности и массово покинувших промыслы после беспорядков 1989 года.

И именно в Жанаозене в декабре 2011 года произошла крупнейшая забастовка нефтяников, уже «коренных», закончившаяся расстрелом 15 бастующих. Власти еще раз отличились, одновременно заявляя о том, что «людей спаивали» и о том, что забастовку организовали «религиозные экстремисты» (что в дальнейшем только способствовало росту авторитета этих группировок). При этом, среди руководителей протестного движения в Мангистауской (Мангышлакской) области было несколько этнических русских, включая женщин.

Сегодня всё более проблемным становится и юг Казахстана, также почти лишившийся русского населения за исключением Алма-Аты. 10 лет назад, с переездом правительства в Астану (Целиноград), казалось, что Алма-Ата навечно останется «второй столицей». Эти надежды быстро улетучились: при имеющейся политической модели «элиты, сметы и бюджеты» массово ушли на север. «Уважаемые люди» среднего и нижнего звена, по разным причинам крепко привязанные к Югу, также чувствуют себя обделенными. Сформировались элиты, со своими совершенно особенными интересами: «рудные», «сельскохозяйственные», причем не русские, и на Севере.

Вот на таком фоне «сенсацией века» становится задание Назарбаева перевести казахскую письменность с кириллицы на латиницу. Скажем прямо, кириллица создавалась под славянский язык, имевший полтора десятка пар согласных, оппозиционных по твердости — мягкости. Чтобы понять, какой сложности задача стояла перед Кириллом (Мефодий продолжил дело брата), ознакомьтесь с сумасшедшей орфографией ирландского языка, где стояла та же проблема. Кирилл нашел гениальное решение, введя вместо полутора десятков дополнительных согласных всего несколько гласных, которые смягчают предшествующую согласную, а конечную согласную смягчает «ь».

В тюркских языках всех этих проблем нет, и для них кириллица и латиница совершенно равнозначны. Разумеется, Назарбаев в фонологические тонкости не вникал. В реальную цену своего решения тоже. Ему давно хотелось сделать этот символический шаг, ну, вы понимаете: «Прощай, немытая Россия» и всё такое. А жизнь не бесконечна. Отец нации, оставивший ее с кириллицей, вроде как и не отец. Многие бывшие африканские колонии тоже этой проблемой мучились. Например, сомалийцы долго проект алфавита выбирали. Остановились на латинице. Теперь счастливы.

Забавно то, что бывшие советские республики, перешедшие на латиницу после 1991 года, умудрились не только повторить ошибки своей латиницы 1920-х годов, но и добавили новые.

У каждого народа своя правда. Для казахов это их Тюркский каганат, родившийся в их степях полторы тысячи лет назад. Это другое их государство — наследник улусов Джучи и Джагатая — политический союз трёх жузов, которые отстаивали свою независимость ещё 300 лет после падения Казани и Астрахани на западе и Монголии на востоке. Кто, как не они, имеет право носить имя «казак» — «вольный»? (Для отличия их от заимствовавших это название русских казаков, в 1930-х было принято остроумное решение — писать имя казахов с буквой «х», лишь отдаленно напоминающей гортанный /к/). Для казахов происходящее в Казахстане — закономерное и справедливое преодоление последствий колониализма.

У русских своя правда. Это русские города с 300−400 летней историей, переименованные уже официально или еще неофициально, на стадии «приучения». Это, как было сказано, вытеснение представителей «нетитульных» наций на обочину политической и общественной жизни. Это полное невмешательство России, по крайней мере, официально, в проблемы русских людей Казахстана.

Даже если исходить из презумпции добросовестности Нурсултана Абишевича и согласиться с тем, что сегодняшнее положение русских в Казахстане — это максимум того, что он смог отстоять в борьбе за права «каждого казахстанца» против «деструктивных сил», то что дальше? За Назарбаевым нет монолитной корпорации друзей-единомышленников. Ему 77, но нет никого, кого можно было бы включить в гипотетический круг «наследников». Чего стоят перипетии историй с зятьями и прочими родственниками. Есть только ситуативные союзы, зыбкие группы и комбинации по интересам.

Дай Бог крепкого здоровья Нурсултану Абишевичу, но в час «Х» этим группам и союзам предстоит совершить стремительный бросок к власти. Победят самые решительные, организованные, способные указать массам понятную цель и понятного врага. Здесь возможны немыслимые союзы. Например, олигархов и отучившихся в Лондоне кристально белых воротничков с теми, кто вообще не признаёт воротников, как одежды слуг шайтана. Более того, именно такие союзы представляют реальную силу любого мятежа (или революции — в случае успеха). Четвертый украинский урок?

А представьте, что час «Х» будет связан не с возрастом Назарбаева и соответствующими рисками, а с тем, что пусть и при здравствующем Нурсултане Абишевиче произойдет очередное и такое же стремительное, как в Ираке, наступление ИГ в Афганистане через его примирение и союз с Талибаном. Именно к этому США подталкивают талибов своей безумной политикой. Или вполне разумной, в смысле — продуманной. Большую головную боль одновременно России, Китаю, Ирану и в какой-то мере Турции придумать трудно. То есть США будут наращивать вторую волну «эскалации присутствия» ровно до тех пор, пока ИГ и Талибан не объединятся. А затем «с чистой совестью» выйдут из Афганистана.

Смогут ли остановить исламистов режимы за Амударьей? Режимы, 25 лет «продающие» себя России, США, Китаю, Ирану и Турции, желающие получить всё, не предлагая ничего. «Выхода у вас нет, защищайте /название своей страны/, а то если исламисты пройдут, вам же хуже будет. Сам я и на /название европейского курорта/ старость скоротаю» — говорят, этот мотив всегда читается на переговорах среднеазиатских «эмиров» с Россией. Пора заканчивать с этой практикой.

Пора поучиться кое-чему у предпринимателя и президента США Дональда Трампа, который сегодня предлагает Польше и Японии заплатить за размещение американских ракет. Которые еще пару лет назад им предлагали бесплатно, но одна из этих стран требовала «добавить кэшем», а другая не хотела портить отношения с Северной Кореей.

Между Россией и Афганистаном три границы: по Амударье, южная граница ЕАЭС и российско-казахстанская. И все три в военно-стратегическом смысле «дырявые», то есть, по сути, нет ни одной границы, как если бы на пути воды стояли 100 дамб, но все с «дырочкой». Какой отклик получит победа ИГ в тылу северных соседей Афганистана? А что, есть сомнения? В 1990-х, когда еще как-то проедался запас «советской взаимовыручки», моджахеды прорывались через весь Таджикистан до Алайской долины в Киргизии и вольготно катались на джипах по Туркмении на полпути до Мары.

Красивая фраза прекрасного фильма, ушедшая в народ: «Восток — дело тонкое». Хотя сам фильм показывает, что Восток — дело жестокое и кровавое. Вмешается ли Россия или молча примет оставшиеся четыре миллиона соотечественников? А ведь при вмешательстве в условиях хаоса предсказать предел необходимого вмешательства (продвижения) очень сложно.

Дело, как бы цинично это ни звучало, не только в защите соотечественников. Возможно, в какой-то ситуации их было бы дешевле принять и обустроить. Но существует еще один фактор беспокойства.

Среди стран с «сумасшедшей географией» принято называть Чили, вытянувшуюся почти на 5000 километров, или Нидерланды, треть которых лежит ниже уровня моря, или не имеющий выхода к морю Узбекистан, все соседи которого также не имеют выхода к морю. Россия заткнёт за пояс их всех.

Россия это два материка: Европейская Россия с Зауральем чуть меньше Австралии и Сибирь с Дальним Востоком — в полтора раза больше. Они соединены перешейком шириной менее сотни километров. Лесостепь, городок Ишим, одна автомобильная и одна железная дорога. Севернее — болота до самого Ледовитого океана. Южнее — Казахстан. Это неприемлемо.

Есть такой политологический штамп: «Политика — искусство возможного». Но «возможное» всегда на поверхности. Осуществлять его легко и приятно. Для этого вовсе не обязательно быть политиком, достаточно быть посредственным функционером. Политик же должен предвидеть вызовы и брать на себя ответственность за их превентивное решение, должен обладать искусством делать невозможное.

Выход — в федерализации Казахстана. Федерализации не по границам областей, а через создание двух равноправных регионов — «Южного» и «Северного» со столичным округом «Астана — Целиноград» между ними. Никакого форсированного переселения народов в свои регионы. Полное сохранение существующей схемы экономических отношений, их постепенное, в долгосрочной перспективе, преобразование в региональные комплексы. Да, Южный регион будет богаче, поскольку в нем остается почти весь нефтегазовый комплекс Казахстана, но не всё этим определяется.

Урал от устья до Орской излучины. Оттуда к Державинску на Ишиме и к его истоку. Далее к Курчатову (Конечной) на Иртыше и вверх по нему и по Нарымскому хребту к китайской границе. «Урал — Ишим — Иртыш». Внятная граница двух народов. Реки, на которых будут лежать русские города: Гурьев, Уральск, Целиноград, Семипалатинск, Усть-Каменогорск, и казахские города напротив них: Атырау, Орал, Астана, Семей, Оскемен. Возможно, Россия пойдет на такой шаг, как поэтапный территориальный обмен, так, чтобы граница двух государств от Орска до устья Урала проходила строго по реке.

Такое, действительно дружественное и союзное государство — федеративный Казахстан — Россия защищала бы от любых угроз и всей своей мощью. Просто потому, что это было бы разумнее во всех отношениях, чем его делить.

Это просто мысли о том, какие упреждающие внутренние конституционные изменения могли бы провести элиты Казахстана, если они осознают происходящее и в состоянии представить худший сценарий. Если могут представить такую северную границу Казахстана, как, скажем, «Байконур — Балхаш». Которую, если придется, Россия могла бы обустроить гораздо дешевле и надежнее.

Альберт Акопян (Урумов)

 

Источник

%d такие блоггеры, как: